 |

ИЗОБРАЖЕНИЯ
 |
Жерико Теодор.
Бег свободных лошадей в Риме. 1817
http://cgfa.sunsite.dk/gericaul/index.html
В 1816—17 гг. Жерико жил в Италии. Знакомство с произведениями мастеров эпохи Возрождения сочеталось с впечатлениями от повседневной жизни. Художника особенно увлекли скачки неосёдланных лошадей, которые он увидел в дни февральского карнавала в Риме. В живописной серии «Бег свободных лошадей» кисти Жерико доступна и выразительная точность репортажа, и сдержанная героика в неоклассическом духе. В этих произведениях окончательно сформировался его индивидуальный стиль: мощные, грубоватые формы переданы большими подвижными пятнами света.
|
 |
Жерико Теодор.
Дерби в Эпсоме. 1821
В 1820—21 гг. Жерико побывал в Англии, где познакомился с пейзажами Джона Констебла. Под влиянием работ английского мастера он написал «Скачки в Эпсоме». Картина пронизана движением: кони несутся, едва касаясь земли, их фигуры слились в одну стремительную линию; подвижны низкие облака, подвижны их тени, скользящие по влажному полю. Все контуры в пейзаже размыты, краски смазаны. Жерико, бывалый наездник, показал мир таким, каким его видит жокей на мчащемся галопом коне.
|
 |
Жерико Теодор.
Печь для обжига гипса. 1821—22
В последние годы Жерико стал акционером фабрики по производству искусственного камня, находившейся на Монмартре. Данная картина, вероятно, связана с этой его деятельностью.
|
 |
Жерико Теодор.
Плот «Медузы». 1818—19
http://www.artchive.com/artchive/ftptoc/gericault_ext.html
В основу сюжета картины положено реальное событие. В июле 1816 г. фрегат «Медуза», управляемый неопытным капитаном, получившим должность по протекции, потерпел крушение недалеко от островов Зелёного Мыса (у побережья Западной Африки). Капитан корабля вместе с офицерами уплыли на шлюпках, матросам и пассажирам пришлось спасаться на плоту. Двенадцать дней плот мотало по океану. Из ста пятидесяти потерпевших выжили только пятнадцать человек. На тринадцатый день их подобрало судно «Аргус». В своем произведении Жерико добивался максимального правдоподобия. Два года он разыскивал людей, переживших трагедию в океане, делал зарисовки в больницах и моргах, писал этюды моря в Гавре, портовом городе на северном побережье Франции. Плот на его картине приподнят волной, зритель сразу видит всех ютящихся на нём людей. На первом плане — фигуры умерших и обезумевших; они написаны в натуральную величину. Взгляды тех, кто ещё не отчаялся, обращены на дальний край плота, где африканец, стоя на шатком бочонке, машет красным платком команде «Аргуса». Но корабль далеко, у самого горизонта, там ещё не заметили терпящих бедствие, а ветер относит их плот в противоположную сторону. То отчаяние, то надежда по прихоти переменчивой судьбы наполняют души пассажиров плота «Медузы».
|
|  |