Российский общеобразовательный портал
Российский общеобразовательный портал
Министерство образования и науки РФ
ГлавнаяКаталогДобавить ресурс Поиск по каталогу: простой / расширенный
Коллекция: мировая художественная культура Коллекция: мировая художественная культура Коллекция: русская и зарубежная литература для школыМузыкальная коллекцияКоллекция: исторические документыКоллекция: естественнонаучные экспериментыКоллекция: право в сфере образованияКоллекция: диктанты - русский языкКоллекция: история образованияКоллекция по зоологии

Каталог ресурсов » Ш » Шубин, Федот Иванович » БИОГРАФИЯ ХУДОЖНИКА


Шубин, Федот Иванович
Шубин, Федот Иванович (1740—1805) — крупнейший русский скульптор XVIII века, работавший в жанре портрета. Представитель просветительского классицизма в искусстве. Профессор Академии художеств.
 
Эпоха, стиль, направление классицизм
Образовательный уровень основная школа, самообразование
Библиография Жидков Г. В. Образ Шубина. – М., 1946; Ильина Т.В. Русское искусство XVIII века. – М.: Высшая школа, 1999; Исаков С. К. Федот Шубин. – М., 1938; Каган Ю. Скульптор Федот Шубин. Малоизвестный портрет Екатерины II из Художественно-исторического музея в Вене // Наше наследие 2002. - N 63 / 64. Коваленская Н. Н. Русский классицизм. – М., 1964; Коничев К. Земляк Ломоносова (повесть о Федоте Шубине). – Архангельск, 1950; Лазарева О.П. Русский скульптор Федот Шубин. – М., 1965; Петров В.Н. Портретная скульптура Ф.И.Шубина // Очерки и исследования. – М., 1978; Терновец Б. Н. Русские скульпторы. – М., 1924; Чайковская О.Г. «Как любопытный скиф…»: Русский портрет и мемуаристика второй половины XVIII века. – М.: Книга, 1990; Федот Шубин. Каталог выставки к 250-летию со дня рождения. 1740—1805. СПб., 1994; Яковлева Н.А. Федот Иванович Шубин – Л.: Художник РСФСР, 1984.



Достижения портретного жанра в [русской] скульптуре [XVIII века] связаны прежде всего с творчеством Федота Ивановича Шубина (1740—1805), земляка Ломоносова, прибывшего в Петербург, в сущности, уже художником, постигшим тонкости костерезного дела. Закончивший Академию по классу Жилле с большой золотой медалью, Шубин уезжает в пенсионерскую поездку сначала в Париж (1767—1770), где учится у Пигаля и посещает натурный класс Академии, а затем в Рим (1770—1772), ставший с середины века, с раскопок Геркуланума и Помпеи, вновь центром притяжения для художников всей Европы (хотя учиться в Риме в эти годы было не у кого, однако, сами памятники античности и Возрождения были учителями).

Первое произведение Шубина по возвращении на родину — бюст бывшего вице-канцлера А. М. Голицына (гипс, 1773, ГРМ; мрамор, ГТГ) — свидетельствует уже о полной зрелости мастера. Многогранность характеристики модели раскрывается при круговом ее осмотре, хотя у портрета, несомненно, есть и главная точка зрения. Ум и скепсис, духовное изящество и следы душевной усталости, сословной исключительности и насмешливого благодушия — самые разные стороны натуры сумел передать Шубин в лице русского аристократа. Конкретность облика не помешала скульптору создать в нем художественный образ целого поколения, образ русской аристократии екатерининского времени. «Чредою шли к тебе забавы и чины» — это Пушкин, по сути, написал и о Голицыне, и о братьях Орловых, изображение которых Шубин делает для Мраморного дворца.

Такой характерный образ скульптору помогает создать необычайное разнообразие выразительных средств, которыми он владеет. Сложный абрис головы Голицына, ее разворот, противоположный развороту плеч, тщательная обработка разнофактурной поверхности (плащ, кружева, парик), тончайшая моделировка лица (надменно прищуренные глаза, породистая линия носа, капризный рисунок губ) и более свободно-живописная — одежды, — все здесь еще напоминает стилистические приемы барокко. Это подчеркнуто и самой формой бюста, в котором динамичные скульптурные массы противопоставлены узкому круглому постаменту.

Но как истинный сын своего времени, Шубин трактует свои модели в соответствии с просветительскими идеями обобщенно-идеального героя. Это свойственно для всех его работ 70-х годов, что позволяет говорить о них как о произведениях раннего классицизма. Хотя заметим, что в приемах начинающего скульптора прослеживаются черты не только барокко, но и рокайля. Со временем в портретах Шубина будут усиливаться конкретность, жизненность, острая характерность.

После успеха бюста Голицына императрица приказала «никуда его не определять, а быть собственно при Ея Величестве». В 1774 году Шубину присуждено звание академика. Скульптор редко обращался к бронзе, он работал в основном в мраморе и всегда использовал, в сущности, очень замкнутую и ограниченную форму бюста. Его процесс работ: глина — гипс — мрамор. Именно в этом материале мастер показал все многообразие и психологических решений, и художественных приемов. Языком пластики он создает образы необычайной выразительности, исключительной энергии, совсем не стремясь к их внешней героизации (бюст генерал-фельдмаршала З. Г. Чернышева, мрамор, 1774, ГТГ). Он не боится снизить, «заземлить» образ фельдмаршала Румянцева-Задунайского, передавая характерность его совсем не героического круглого лица со смешно вздернутым носом, заплывшими глазами и двойным подбородком (1777, гипс, ГРМ; 1778, мрамор, Белорусская картинная галерея).

У Шубина нет интереса только к «внутреннему» или только к «внешнему». Человек у него предстает во всем многообразии своего жизненного и духовного облика. Таковы мастерски исполненные бюсты государственных деятелей, военачальников, чиновников. В 70-е годы он исполняет множество портретов русской знати, становится модным художником.

В 80-е годы скульптор занимается архитектурно-декоративной пластикой (об этом ниже). 90-е годы — наиболее плодотворный его период. Он делает, на наш взгляд, очень разные вещи, и, думается, не совсем верно рассматривать его творчество как единое движение к классицизму. В бюсте Потемкина-Таврического (1791, мрамор, ГРМ), в его широком добродушном, но при этом скептически улыбающемся лице в ореоле пышных кудрей, в мощной шее, выступающей из тонкого кружева рубашки, намечена будущая очень свободная моделировка формы; в бюсте же адмирала Чичагова (1791, мрамор, ГРМ) она совершенно иная — сухая, сдержанная, как бы прямо способствующая передаче совсем иного характера модели: на лице читаются воля, ум, но и глубоко запрятанная горечь разочарований.

Романтическим ореолом овеян почти вдохновенный образ П. В. Завадовского, статс-секретаря Екатерины и ее недолгого фаворита (бюст сохранился только в гипсе, ГТГ). Резкость поворота головы, пронзительность взора, аскетичность всего облика, свободно развевающиеся одежды — все говорит об особой взволнованности, обнаруживает натуру страстную, незаурядную. Конечно, нельзя упускать из виду, что сама модель способствовала, как бы вызывала к жизни этот артистизм исполнения. Но поражает гибкость мастера, с которой он применяет свои приемы в зависимости от «человеческого материала». Для нас же интересно еще и то, как чуток ваятель к призывам времени: метод обработки формы в бюсте Завадовского, эти как бы скользящие по лицу тени — нечто совершенно новое, почти немыслимое для пластики XVIII века — предвещает эпоху романтизма.

Еще более сложная характеристика, на наш взгляд, дана в бюсте М. В. Ломоносова, созданном для Камероновой галереи, где размещались бюсты античных героев (1793, Камеронова галерея Царского Села, бронза; ГРМ, гипс; Академия наук, мрамор; два последние более ранние). Напомним, что Шубин относился к Ломоносову с особым пиететом. Гениальный русский ученый был ему близок не только как земляк, но и своей творческой вдохновенностью. Шубин создал образ, лишенный всякой официальности и парадности; в его облике видны живой ум, энергия, сила чувств. Но разные ракурсы дают разные аспекты натуры. И в другом повороте мы читаем на лице и грусть, и разочарование, и даже выражение скепсиса. Однако признаем, что в этой работе нет мощного обобщения других образов Шубина. Нет и подлинной «антикизации», требуемой для сосуществования с бюстами галереи. Объяснение, думается, в том, что работа эта не с натуры: Ломоносов умер за 27 лет до нее (в исследованиях последнего времени, правда, высказывается мысль о возможности натурных зарисовок очень молодого скульптора, до нас не дошедших, но это вряд ли меняет общую оценку).

Многогранен и в этой многогранности противоречив созданный скульптором образ Павла I (мрамор, 1797, бронза, 1798 — оба ГРМ; бронза, 1800, ГТГ). Здесь сентиментальная мечтательность уживается с жестким, почти жестоким выражением лица, а уродливые, почти гротескные черты не лишают образ величественности. Все построено на тончайшей моделировке формы. Мраморный бюст в этом смысле представляется более интересным, в бронзе многое сглажено.

Среди работ 1790-х годов высоким совершенством мастерства выделяется медальон с изображением митрополита Гавриила, настоятеля Александро-Невской лавры (мрамор, 1792, ГРМ), — рельеф во всех его градациях от высокого до низкого, с применением буравчика, «врезки» и других приемов. Но главным является то, что вся эта «палитра» скульптора использована для создания образа необычайной человеческой теплоты, естественности и благородства.

Шубин работал не только как портретист, но и как декоратор. Он исполнил 58 овальных мраморных исторических портретов для Чесменского дворца (находятся в Оружейной палате), скульптуры для Мраморного дворца и для Петергофа и многие другие произведения.

Мраморные рельефы (1771—1775) для Чесменского дворца Фельтена, композиции которых изображают в три четверти или анфас русских князей и царей от Рюрика до Елизаветы Петровны, в большой степени, разумеется, вольные фантазии на тему исторического портрета, иногда прямо антиисторические по характеристикам.

В 1775—1785 годах Шубин был занят работами для Мраморного дворца. Это 42 скульптурные произведения, которые он исполнил вместе с итальянцем Валли и австрийским скульптором Дункером. Наиболее достоверное авторство Шубина — в статуе Равноденствия для главной лестницы дворца (русский тип лица, «шубинский» поворот головы и пр.).

В изображении 20 статуй пророков и в 6 барельефах для Троицкого собора Александро-Невской лавры (арх. Старов) роль Шубина, видимо, свелась к эскизам и наблюдению за работой.

Как и большинство выдающихся скульпторов второй половины столетия, Шубин работал в Петергофе над обновлением обветшавших статуй: ему принадлежит Пандора в ансамбле Большого каскада, в которой, по справедливому мнению исследователей, много общего с Купальщицей Фальконе (ГЭ).

Наконец, 1789/1790 годом датируется статуя Екатерины II — законодательницы, исполненная по заказу Потемкина для Таврического дворца на праздник 1790 года в честь победы над турками. Мастер прибегает к аллегории, как это делает Левицкий в произведении, исполненном по подобной программе за несколько лет до Шубина.

Основным просчетом Шубина представляется размер статуи, несомненно, маленькой для огромного зала дворца (правда, мастер нашел выход из положения, поместив ее в ротонду и таким образом ограничив пространство). Художнику вменялись в вину также «архаизмы», вроде «устаревшего контрпоста» фигуры, антикизированных одежд (хитон) и так далее.


Ильина Т.В. Русское искусство XVIII века. — М.: Высшая школа, 1999. С. 246—251.

Изображения

Мировая художественная культура XVIII в. (вторая четверть) XVIII в. (третья четверть) XVIII в. (четвертая четверть) XIX в. (первая четверть)
Литература XVIII в. (вторая четверть) XVIII в. (третья четверть) XVIII в. (четвертая четверть) XIX в. (первая четверть)
Музыка XVIII в. (вторая четверть) XVIII в. (третья четверть) XVIII в. (четвертая четверть) XIX в. (первая четверть)
История XVIII в. (вторая четверть) XVIII в. (третья четверть) XVIII в. (четвертая четверть) XIX в. (первая четверть)

« вернуться

версия для печати  

Rambler's Top100 Союз образовательных сайтов